![Кадр из фильма «Дастур»](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2024/07/1663221-copy-6698d84549071.jpg)
После школьного выпускного талантливая домбристка Диана (Нурай Жеткерген) и ее лучшая подруга Айгерим возвращаются домой. Внезапно рядом с девушками останавливается машина Болата (Ермек Шынболатов) — избалованный сын владельца крупного фермерского хозяйства держит в страхе местных подростков, постоянно дебоширит и не знает слова «нет». Болат предлагает выпускницам прокатиться и впадает в бешенство, получив отказ. Диана, брошенная подругой посреди темного пустыря, переживает изнасилование. Болат благодаря влиятельному отцу избегает наказания, а родители девушки пытаются спасти репутацию семьи. В итоге они решают выдать дочь замуж за насильника, чтобы избежать конфликта с самыми авторитетными людьми в округе. Став женой Болата, Диана навлекает на дом новых родственников беду.
Хоррор Куаныша Бейсека «Дастур» («Дәстүр» дословно переводится с казахского как «традиция» или «так надо») вышел в казахстанский прокат в конце декабря 2023 года. К тому времени в соцсетях уже шел флешмоб с требованием наказать экс-министра нацэкономики Куандыка Бишимбаева, задержанного за убийство своей гражданской жены Салтанат Нукеновой, но до окончания громкого судебного процесса и принятия поправок, криминализирующих семейно-бытовое насилие, оставалось еще несколько месяцев. Фильму, который резонировал с социальной повесткой, был обеспечен кассовый успех — в первую неделю на экранах он заработал рекордные 1 млрд тенге ($2,1 млн). В своем полнометражном режиссерском дебюте модный клипмейкер Куаныш Бейсек обличал коррупцию, чинопочитание и оправдание патриархальной жестокости, поэтому попал в нерв времени.
Этот манифест против культуры насилия в формате мистического хоррора не только пугает зрителей, но и выносит неутешительный вердикт консервативному обществу, где все еще распространены практики вроде похищения невест и принудительных браков с насильниками. Картина показывает, как коррумпированность преступников и страх пострадавших перед общественным осуждением («Вся деревня уже на ушах») помогают насилию оставаться безнаказанным. Правда, создатели фильма все же верят в торжество правосудия, о чем говорил официальный слоган картины: «Пусть за то, что сделали руки, ответит шея».
Хоррор «Дастур» — далеко не первый казахстанский фильм о бытовом и сексуализированном насилии. В феврале 2022 года на Берлинском международном кинофестивале состоялась премьера драмы «Счастье», сценарий которой режиссер Аскар Узабаев писал вместе с документалисткой Асем Жапишевой. Фильм заглядывал за фасад «идеального» брака и обнаруживал там непроходящую боль, унижение, жестокость и полное бесправие женщины. В фильме мать, живущая с мужем-тираном, заставляла беременную дочь выйти замуж за потенциального абьюзера, лишь бы избежать позора и молвы.
«Дастур» столь же реалистично живописует зависимость от общественного одобрения. Молодой полицейский пытается отправить заявление об изнасиловании в райцентр, но в итоге уступает авторитету влиятельного владельца скотобойни (которого как будто случайно зовут Нурсултан). Глава областной администрации увещевает мать «опозоренной» девушки: «Подумай о ее будущем, все село уже знает». Диане остается только тихо плакать в своей комнате, пока ее родители за стеной обсуждают предложение о примирительном браке с насильником.
События хоррора происходят в уединенном ауле, который называется Болашак, что в переводе с казахского означает «Будущее». Болашак выглядит процветающим только для власть имущих. Для остальных тихое село оказывается филиалом ада. Выставлять свои беды на всеобщее обозрение здесь дурной тон. Обитатели аула отказываются замечать трагедии, скрывающиеся за идиллическим фасадом. Богатая и шумная свадьба, на которой невеста сидит за столом ни жива ни мертва, видится гостям воплощением изобилия. Сама Диана верит, что если будет покорной невесткой, Болат когда-нибудь изменится.
До первых проявлений сверхъестественного «Дастур» выглядит социальной драмой — предельно честной и шокирующей будничным насилием. Мистической же части картины не хватает свежих идей. Создатели фильма смешивают традиции японских ужасов с восточной мифологией: истории о призрачных женщинах, мстящих за насилие, переплетаются с легендами о джиннах. Неизбежные ассоциации со «Звонком» (1998) и «Проклятием» (2002) (помехи в телевизоре нагоняют страху на суеверную свекровь Дианы) несколько смазывают впечатление от элементов казахского фольклора. А совершаемый имамом обряд изгнания злых духов явно вдохновлен американским кино (на это намекает кепка с надписью «Exorcist», которую носит один из героев).
Тем не менее режиссеру удается продемонстрировать обреченность абьюзивного союза через метафору зла, с которым невозможно договориться. А источник творящейся в доме чертовщины не раскрывается вплоть до неожиданной развязки. Она же иносказательно дает ответ на вечный вопрос о том, почему жертва насилия не сопротивляется.
«Дастур», созданный молодой командой, прежде всего воспринимается как укор предыдущим поколениям: мол, посмотрите, к чему приводит следование многовековым традициям, построенным на угнетении. Хоррор Куаныша Бейсека едва ли совершает жанровый прорыв, но он запускает долгий и тяжелый разговор о цикличности насилия.