«Ты ей просто нравишься»: как женщины переживают сталкинг и сами преследуют людей
![Фото Ethan Haddox / Unsplash](https://cdn.forbes.ru/forbes-static/c/608x342/new/2024/07/1-ethan-haddox-jvUZkoh4Hhw-unsplash-6683db9fb6265.jpg)
Сталкинг в России не считается преступлением: злоумышленник может следовать за другим человеком повсюду, поджидать его у дома, но оставаться безнаказанным, потому что зачастую физического контакта преследователя и пострадавшего не происходит. Сталкинг случается как в реальной жизни, так и онлайн (киберсталкинг). Злоумышленник может использовать GPS-технологии для установления местоположения другого человека, оставлять пугающие послания или подозрительные посылки, проникать в дом или вскрывать машину, шпионить с помощью скрытых камер или прослушивающих устройств, названивать, забрасывать электронными письмами, угрожать физической расправой, в том числе родным, друзьям и знакомым пострадавшего, собирать личную информацию и распространять ее.
Под маской флирта
После расставания в 2020 году Иван Матвеев стал преследовать свою бывшую девушку Елену. Мужчина следил за ней в Москве и других городах, отслеживал ее передвижения с помощью трекера AirTag, писал ей и ее родным угрозы, разбил окна в ее квартире. Правоохранители отказывались возбуждать дело, но после огласки в СМИ разобраться в происходящем поручил председатель Следственного комитета Александр Бастрыкин. Так как закона о сталкинге в России нет, против Матвеева возбудили дела о нарушении неприкосновенности частной жизни (часть 1 статьи 137 УК РФ) и об угрозе убийством (часть 1 статьи 119 УК РФ). Но хотя его признали виновным и запретили ему покидать место жительства и пользоваться интернетом, мужчина продолжил слать угрозы Елене и ее семье.
Согласно статистике Центра по контролю и профилактике заболеваний США за 2017 год, каждая третья американка переживала сталкинг в той или иной форме. Среди мужчин преследованию подвергался каждый шестой. Данные Национальной статистической службы Великобритании за 2023 год похожи: в Англии и Уэльсе женщины в два раза чаще мужчин становятся жертвами сталкинга.
Около 75% опрошенных в американском исследовании женщин сообщили о нежелательных телефонных звонках, 60% — о том, что сталкер преследовал и высматривал их, а также подходил на улице. Почти 70% респонденток сталкеры угрожали физическим насилием. Мужчины же чаще всего получали нежелательные письма, фотографии, сообщения в соцсетях и звонки, также к ним приближались на улице.
В подавляющем большинстве случаев сталкером оказывается не посторонний человек, а бывший партнер или знакомый. Отсюда и распространенное заблуждение, что сталкер просто так сильно влюблен, что его флирт переходит границы, или ревнует. Причин такого «преуменьшения» опасности от преследования несколько, замечает в разговоре с Forbes Woman психолог центра «Насилию.нет» (признан иноагентом) Юлия Юркевич. «В нашей культуре, помимо мифа о внезапной взаимной любви с первого взгляда, есть еще миф о необходимости добиваться любви. Причем активная роль в этом сценарии отводится мужчине. Преодолевая препятствия, герой побеждает врагов и получает желанный приз в виде прекрасной принцессы. Также распространен стереотип о том, что если женщина говорит «нет», то на самом деле она говорит «да», просто кокетничает, смущается, «набивает себе цену». Но в последнее время принято обращать внимание на личные границы, уважать чужое мнение и прислушиваться к нему», — уточняет Юркевич.
Сталкинг в отношении женщин также часто связан с выходом из абьюзивных отношений, замечает психолог. Бывший партнер может преследовать женщину годами, даже если найдет новую партнершу, на которую будет изливать свою агрессию.
Если преследует женщина
Сталкером может быть не только мужчина, но и женщина — хотя это случается реже. По данным Центра по контролю и профилактике заболеваний США, почти 84% женщин и 44% мужчин преследовали только мужчины. Только женщины «сталкерили» 7,4% женщин и 38% мужчин.
Ведущую «Серебряного дождя» и диджея Дарью Яструбицкую около шести лет преследовала женщина. Свою историю Дарья впервые рассказала летом 2024 года изданию The Blueprint. Все началось с того, что преследовательница написала Яструбицкой сообщение с просьбой о помощи в продвижении ее бренда и вскоре захотела встретиться лично. Она «обрывала» телефон ведущей звонками и сообщениями, в которых комплименты («Ты самая лучшая») смешивались с угрозами облить Дарью кислотой, избила ее в подъезде, даже прилетела за ней на Шри-Ланку. Но в какой-то момент просто исчезла.
В ответ на обращение с заявлением в полицию Яструбицкая слышала, что ничего страшного с ней не произойдет и эта девушка просто ее поклонница. Некоторые знакомые говорили ей, что надо радоваться, когда проявляют такое внимание.
Для закона нет разницы, какого пола преступник, но правоохранителям действительно может казаться, что женщина угрозы не представляет, хотя в действительности это не так, замечает в разговоре с Forbes Woman адвокат, партнер адвокатского бюро ZKS Дарья Шульгина.
«От женского сталкинга, как правило, страдают мужчины. Реже женщина может преследовать женщину. Это, например, происходит из ревности, когда у бывшего парня появилась новая подруга или супруг завел любовницу. Если потерпевший — мужчина, здесь будет проблема скорее не в том, что у него не примут заявление, а в том, что мужчина сам вряд ли обратится за помощью. Он может думать, что женщина не нанесет ему вред, или же просто бояться порицания: почему мужчина пишет заявление на женщину, которая оказывает ему знаки внимания? По большей части мужчины ждут [до момента], когда закрывать глаза на происходящее становится уже невозможно, то есть когда есть явная потенциальная угроза: например, женщина-сталкер поцарапала машину, начала угрожать семье», — говорит Шульгина.
Свежий сериал «Олененок» от Netflix рассказывает именно такую историю преследования мужчины женщиной, основанную на реальных событиях. Шотландский комик Ричард Гэдд познакомился в баре с девушкой, и следующие четыре года она не давала ему покоя. За это время она отправила Ричарду больше 40 000 электронных и 160 страниц бумажных писем, записала ему 350 часов голосовых сообщений. Киберсталкингом дело не ограничилось: женщина ходила на его концерты, выслеживала и поджидала у дома.
Последствия сталкинга
Сталкинг не проходит бесследно для самочувствия человека. Английский фонд по борьбе со сталкингом и харассментом Suzy Lamplugh Trust в 2022 году выяснил: 91,5% потерпевших чувствовали, что этот опыт повлиял на их психическое состояние.
Постоянное чувство страха и тревоги за себя, а порой и за близких людей приводит к тому, что нервная система находится в постоянном напряжении, и пострадавшего могут мучить панические атаки, депрессия, ночные кошмары и бессонница, рассказывает психолог Юлия Юркевич. «Если человек ранее уже подвергался насилию, то еще одним последствием сталкинга может стать так называемая ретравматизация — постоянное напоминание или возвращение к травмирующим событиям».
Чтобы почувствовать себя спокойнее, скрывающемуся от сталкера приходится прилагать дополнительные усилия, связанные с организацией безопасности в своем доме или на месте работы, добавляет Юркевич: «Траты на покупку или установку средств и товаров для самозащиты, иногда вынужденная смена места жительства или работы — все это выматывает. Обращающиеся в наш центр пострадавшие часто говорят, что им страшно выходить из дома, они носят в сумочке перцовые баллончики или электрошокеры и стараются перейти на другую сторону улицы, если увидят кого-то даже смутно похожего на их преследователя».
Когда закон не защищает
Столкнуться со сталкингом может любой человек, поэтому винить кого-то в том, что он не может избавиться от сталкера, нельзя. По опыту пострадавших, их собственные попытки остановить преследование и договориться не приносили результат, замечает психолог центра «Насилию.нет» Юлия Юркевич.
Для возбуждения дела против сталкера в его поведении приходится искать другие противоправные действия. Проблемы с подачей заявления при этом бывают у потерпевших вне зависимости от их пола или пола сталкера, обращает внимание адвокат Дарья Шульгина.
Из-за того, что в большинстве случаев сталкером оказывается бывший партнер, в полиции могут посчитать, что пара сама с этим разберется. Также это может оказать влияние на квалификацию действия сталкера, говорит Дарья Шульгина: «Например, бывший муж установил в телефон своего малолетнего ребенка прослушивающую программу, чтобы следить за ним. Чью неприкосновенность частной жизни он нарушил? Это его ребенок, который проживает с его бывшей супругой на одной площади. [С точки зрения правоохранителей] мужчина установил специальное техническое средство для того, чтобы контролировать своего ребенка, а не для нарушения личной жизни экс-супруги».
Эта же проблема сохраняется, когда дело касается близких родственников. Здесь ситуация отягощена еще и тем, что сложнее доказать наличие состава преступления, потому что к большей части персональной информации у близких родственников априори есть доступ. Важно помнить, что личные отношения сталкера и потерпевшей стороны, а также мнение правоохранителя о том, что один человек просто симпатичен другому, не являются основанием для отказа в возбуждении дела или принятия заявления.
Наибольшие проблемы при обращении в полицию из-за сталкинга — боязнь людей быть неуслышанными, неготовность проявлять настойчивость, непонимание последовательности действий, которые необходимо предпринимать, считает Шульгина.
Пока в России закон не защищает пострадавших от сталкинга, появляются направленные на решение этой проблемы инициативы. В июне партия «Новые люди» запустила проект «Сталкингу.Нет»: на его сайте можно сообщить о преследовании, заполнив специальную форму. Затем, по задумке авторов, депутаты от партии будут помогать добиваться от полиции защиты пострадавшего и направлять запросы, если правоохранительные органы будут бездействовать. Также партия готовит законопроект о сталкинге к внесению на рассмотрение в Госдуму.